Сырое молоко находится в резервуаре перед окончательной пастеризацией на ферме Роннибрук в Анкрэмдейле, штат Нью-Йорк, 22 апреля 2026 года. (Фото AP/Мэри Конлон) Мэри Конлон/AP
9 минут чтения
МакАфи — не обычный фермер. Он — ярый сторонник сырого молока, которому удалось избежать серьезных санкций, несмотря на два десятилетия противостояния с Управлением по контролю за продуктами и лекарствами и Министерством юстиции, которые неоднократно обвиняли его в нарушении федеральных законов и правил. Администрация Байдена была на грани ужесточения мер против его фермы, когда президент Дональд Трамп вступил в должность и передал руководство национальными органами здравоохранения одному из самых известных клиентов МакАфи.
За год до утверждения в должности министра здравоохранения и социальных служб Роберт Ф. Кеннеди-младший баллотировался в президенты, используя свою предвыборную программу для осуждения «агрессивного подавления» правительством потребления сырого молока. В своей новой роли он заявил, что «выступает» за это, и отпраздновал публикацию федерального доклада «Сделаем Америку снова здоровой» тостом в честь любителей сырого молока в Белом доме.
Со своей стороны, компания McAfee продает не просто молоко, которое предпочитал Кеннеди. Она продвигает идею о том, что ее молочные продукты безопасны и полезны для вас, ваших детей, ваших бабушек и дедушек, потому что на ее ферме молоко тщательно проверяется на наличие бактерий.
«Они думают, что мы какая-то маргинальная, странная тенденция, но мы здесь абсолютно серьёзно настроены», — сказал МакАфи, поприветствовав меня на своей ферме, которой он управляет вместе со своим взрослым сыном и дочерью, в 20 милях к юго-западу от Фресно. «И вы увидите это в том, что мы делаем сегодня».
Он провел меня в бунгало кремового цвета, которое он называл своей лабораторией патогенов, где двое рабочих в лабораторных халатах готовили образцы молока.
На ферме каждую партию молока проверяют на наличие четырех типов бактерий: сальмонеллы, кишечной палочки, кампилобактера и листерии. Все они размножаются в кишечнике крупного рогатого скота и могут загрязнять молоко через микроскопические частицы инфицированных фекалий. Эти микробы могут вызывать у людей целый ряд симптомов, от рвоты и диареи до сепсиса, почечной недостаточности и даже смерти.
«Мы выявляем эти патогены и немедленно перенаправляем молоко», — сказал МакАфи.
Я предположил, что после перенаправления партий ферма их выбрасывает.
Позже в тот же день я узнал обратное.
«У нас здесь действует система тревожных сигналов: если что-то действительно выходит из-под контроля, молоко немедленно помечают, и оно используется только для производства сыра», — сказал мне МакАфи. «Потому что, как известно, сыр устойчив к патогенам».
Исследования показали, что сырой сыр на самом деле не устойчив к патогенам; хотя выдержка может снизить некоторый риск, вредные бактерии все еще могут выжить в течение обычного 60-дневного процесса созревания.
Услышав об этой практике, я был удивлен — что же ферма делает с этим молоком? — поэтому я спросил об этом еще раз.
МакАфи подтвердил, что для производства сыра использовалось молоко с патогенными микроорганизмами, за исключением партий, содержащих сальмонеллу, которые, по его словам, либо выбрасывались, либо отправлялись на пастеризацию. (Позже я узнал, что FDA знало о его действиях и два года назад потребовало прекратить их. Но никто не предупредил об этом общественность.)
«Наш сыр пользуется невероятным успехом по всей Америке», — сказал МакАфи, отметив, что он продается в сотнях магазинов, от магазинов натуральных продуктов до таких сетей, как Sprouts Farmers Market. «В магазине HEB в Техасе он продается на 50 000 долларов в неделю».
Мне стало интересно, сколько времени может потребоваться, чтобы этот сыр связали с очередной вспышкой заболевания.
Мне было неизвестно, что один из таких проектов уже шел полным ходом.
Лаборант Джонатан Роблес готовит бульон для анализа на наличие определенного патогена в Raw Farm. Сарабет Мэни для ProPublica. Глава 1: Первопроходец.
В начале 2000-х годов компания McAfee производила пастеризованное молоко для молочной группы Organic Valley, когда энтузиаст сырого молока по имени Джеймс Стюарт обратился с необычной просьбой.
Стюарт основал частный продовольственный клуб в Венеции, Лос-Анджелес. В его состав входили кинозвезды, «поклонники кристаллов» и другие «фанатики», вспоминал МакАфи. Они искали стабильный источник сырого молока в то время, когда потребители начали осознавать риски, связанные с продуктами, загрязненными добавками, удобрениями и пестицидами.
«С какой скоростью вы сможете доехать сюда с кучей молока?» — вспоминал МакАфи вопрос Стюарта.
МакАфи, не до конца понимая, зачем людям пить непастеризованное молоко, тем не менее отправился к своему силосу, наполнил полугаллонные емкости и упаковал их в холодильники. Затем вместе с женой он совершил долгую поездку на юг, к побережью Лос-Анджелеса.
По словам МакАфи, их ждали десятки людей, и он начал описывать сцену, развернувшуюся с голливудским блеском. «Я даже не мог выйти из машины, — сказал он. — Они стучали по окнам и открывали заднюю дверь… Просто хаос, ликование, восторг, слезы».
Когда в него посыпались двадцатидолларовые купюры, он также услышал множество рассказов о том, как сырое молоко помогло им вылечить различные заболевания, включая астму. По его словам, этот момент изменил его: он понял, что продает не просто молоко, а «еду как лекарство».
Спустя двадцать с лишним лет Стюарт тоже помнит тот момент. «Я видел, как у него в голове загорелась лампочка, — сказал мне Стюарт. — Он искал способ расширить свою деятельность и не ограничиваться лишь поставкой пастеризованного, гомогенизированного молока».
МакАфи, фермер в третьем поколении из Калифорнии, родился в семье, которая выбрала нетрадиционный путь. Его отец, которого МакАфи описывал как гуманиста и бунтаря, основал несколько фермерских кооперативов и попал в национальные новости в 1972 году, когда помог внести залог за активистку Анджелу Дэвис, предоставив свою землю в качестве залога.
МакАфи поначалу не пошел по стопам отца. Он 16 лет проработал фельдшером, прежде чем возглавить семейную ферму, оставленную его бабушкой и дедушкой. На ферме выращивали яблоки, миндаль и люцерну, а к 2001 году МакАфи расширил свою деятельность, занявшись коммерческим молочным производством. Но его дни производства молока для пастеризации были недолгими; через несколько месяцев после знакомства со Стюартом МакАфи перевел свою молочную ферму на продажу только сырого молока.
Он вышел на рынок, находившийся на пороге необычайного роста.
На начальном этапе опытного производства на ферме Raw Farm используется оборудование для переработки молока. Сарабет Мэни для ProPublica.
В Калифорнии всегда разрешалась продажа сырого молока в магазинах, но более строгие правила округа Лос-Анджелес фактически ограничили розничные продажи. В 2001 году сторонники свободы в сфере продуктов питания, включая Стюарта, успешно подали петицию в округ с просьбой ослабить правила, предоставив компании McAfee доступ к новой группе клиентов. Это повторялось снова и снова в государственных и местных органах власти по всей Америке, поскольку интернет, а затем и влиятельные лица в социальных сетях, привлекали все больше людей к этому делу.
Примерно в то время, когда МакАфи перевел свою молочную ферму на производство сырого молока, его продажа была разрешена только в 27 штатах.
Так или иначе, почти все они в конечном итоге бы это сделали.
Одно препятствие отделяло компанию McAfee от всего этого бизнеса: федеральное постановление, ограничивающее продажу сырого молока из одного штата в другой. Запрет 1987 года позволил сдерживать вспышки заболеваний, облегчив местным властям борьбу с ними.
Но существовала лазейка: сырое молоко можно было продавать через границы штатов, если оно было помечено как корм для домашних животных.
МакАфи увидел в этом возможность и не стал скрывать этого на сайте своей фермы, которая в то время называлась Organic Pastures. На сайте говорилось, что ферма «креативно маркировала свою продукцию для продажи за пределами Калифорнии таким образом, что это не является незаконным», и заверяла людей, что они по-прежнему могут ее употреблять. Обосновывая свою стратегию в интервью газете штата Орегон в 2005 году, МакАфи сказал: «Я революционер в этом деле, и я не упущу ни одной лазейки, которая позволит доставить молоко на рынок».
По мере развития его бизнеса по производству сырого молока МакАфи позиционировал себя как аутсайдера, ведущего войну против промышленной пищевой промышленности. «Гиганты рынка перерабатывают наши продукты до неузнаваемости, чтобы продлить срок хранения и расширить дистрибуцию», — сказал он в интервью 2006 года. «Революция сырого молока вырастает именно из этого беспорядка».
Двадцать лет спустя он по-прежнему говорит о сыром молоке с увлечением новообращенного. Даже на простые вопросы он отвечал пространными объяснениями, говорил быстро, истошно, щелкая пальцами или размахивая руками для пущей убедительности. Лишь позже я понял, что многое из того, что звучало спонтанно, было отточенной им манерой речи, которую он годами оттачивал в рекламных интервью и экскурсиях по фермам.
МакАфи неоднократно заявлял о пользе непастеризованного молока в публичных библиотеках и кабинетах хиропрактиков. По его утверждению, сырые молочные продукты могут излечивать, лечить или предотвращать множество заболеваний и недугов, от диабета и ушных инфекций до аллергии, экземы и артрита. Ферма создала веб-сайт icanbreathe.org для продвижения так называемого «молочного лечения» астмы. «Только сырое молоко эффективно в этом натуральном лечении», — заявили на ферме. «Пастеризация молока убивает или изменяет естественные ферменты, антитела и жирные кислоты, которые имеют решающее значение для физиологических процессов в организме».
В 2011 году МакАфи основал некоммерческую организацию «Институт сырого молока», которая распространяла аналогичные утверждения, подкрепляя их исследованиями, которые, по его словам, их подтверждали. Хотя несколько европейских исследований, на которые он ссылался, выявили корреляцию между употреблением сырого молока и снижением частоты астмы и аллергии, они не доказали, что сырое молоко напрямую приводит к снижению заболеваемости, и не рекомендовали его употребление из-за риска заражения патогенами. Эксперты предположили, что эта связь, вероятно, может быть объяснена «эффектом фермы», когда у детей, выросших в окружении животных и сельского хозяйства, наблюдается более сильная иммунная система.
Исчерпывающие обзоры опубликованных научных данных о сыром молоке в целом не смогли подтвердить заявления о его пользе, и большинство экспертов сходятся во мнении, что его употребление не является ни полезным, ни безопасным. Но МакАфи говорит, что его клиенты знают лучше. Для него истории семей, которые считают, что сырое молоко улучшило их здоровье, являются собственным доказательством, раскрывающим истины, которые учреждениям не удалось выявить. «Если бы сырое молоко было модой или ложью, то почему люди снова и снова покупали бы его, а затем рассказывали бы всему миру, как они его любят?» — сказал он. «Наши потребители читают свою интуицию и видят, как их дети процветают».
Он также заявил, что правительство недостаточно инвестировало в исследования, чтобы оценить их преимущества.
«Умоляю вас сказать: „Это не антинаука, это в высшей степени пронаука“, — сказал он мне. — „Здесь используются научные данные, которые еще не получили широкого признания“».
Для многих людей, заботящихся о своем здоровье, сама возможность того, что сырое молоко может помочь им — или их близким — часто является достаточным основанием для того, чтобы попробовать.
Мэри Макгонигл-Мартин просматривает старые статьи и документы, которые она сохранила. Почти 20 лет назад ее сын Крис заразился кишечной палочкой после употребления непастеризованного молока. Сарабет Мэни для ProPublica. Глава 2: Первая
В 2006 году Мэри Макгонигл-Мартин делала покупки в продуктовом магазине в Южной Калифорнии, когда увидела рекламу, в которой утверждалось, что молоко McAfee может лечить аллергию и проблемы с пищеварением. Она вспомнила о своем 7-летнем сыне Крисе, у которого, как она подозревала, была непереносимость молочных продуктов, и позже посетила веб-сайт McAfee, чтобы узнать больше. Она знала о рисках отказа от пастеризации, но сайт развеял ее опасения: там говорилось, что ферма провела анализ молока и ни разу не обнаружила ни одного патогена.
Она начала покупать этот напиток, и её сын тоже начал его пить. Примерно через месяц он тяжело заболел. То, что началось как поездка в ближайшую больницу из-за кровавой диареи, превратилось в борьбу за его жизнь, поскольку у него начали отказывать почки. Криса доставили вертолётом в детскую больницу в Лома-Линде, где его ввели в медикаментозную кому. Он провёл девять дней на аппарате искусственной вентиляции лёгких и 18 дней на диализе, во время которого врачи делали ему переливания крови, тромбоцитов и плазмы. «Он был на грани смерти, — сказал мне Мартин. — У меня возникали образы его в гробу и на его похоронах».
У Криса был опасный штамм кишечной палочки, известный как O157:H7, который привел к гемолитическому уремическому синдрому. Это редкое заболевание, которое в основном поражает детей, возникает, когда бактериальные токсины распространяются по всему организму и повреждают красные кровяные клетки, вызывая образование тромбов в органах, прежде всего в почках. При своевременном вмешательстве большинство людей выживают. Но это может привести к пожизненным осложнениям.
Находясь в отделении интенсивной терапии, Мартин услышал, как другая мать упомянула, что у ее дочери такое же заболевание. Оказалось, что девочка также пила молоко с фермы МакАфи. Надеясь вмешаться, прежде чем заболеют другие, семьи сообщили о болезнях на молочный завод и в государственные органы, которые быстро издали приказ об отзыве и карантине, приостановив распространение продукции фермы.
МакАфи рассказал мне, что, узнав о двух больных детях, он «хотел узнать правду». Поэтому он взял Volvo своей жены и проехал четыре часа до больницы. Затем, каким-то образом, ему удалось попасть в реанимацию. «Я знал, как пройти мимо охраны, — сказал он. — Фельдшер может добраться куда угодно, а я подлизался к медсёстрам».
Мартин рассказала мне, что была удивлена, когда МакАфи представился в зале ожидания, но тем не менее поделилась подробностями страданий своего сына. «Я выслушал ее с максимально возможным сочувствием», — сказал мне МакАфи. Но, по его воспоминаниям, он заметил, что сын Мартин был не так критичен, как ему говорили. «Он ест Макдоналдс, смотрит мультфильмы, чувствует себя прекрасно, а они рассказывают всему миру, что он готов умереть», — заявил МакАфи. «Меня это очень расстроило».
Версия событий, изложенная МакАфи, невозможна, сказала мне Мартин: когда она появилась в больнице, Криса только что отключили от аппарата искусственной вентиляции легких, и он все еще с трудом дышал самостоятельно; это подтверждают многочисленные записи, сделанные ею в то время. Даже после удаления интуба он несколько недель не мог есть твердую пищу из-за тяжелого панкреатита. «Я был так голоден, — сказал мне Крис. — Я начал плакать, потому что не мог есть».
Когда я спросила Мартин, почему, по ее мнению, МакАфи так иначе описал их встречу, ее ответ был прост: «Марк — мастер манипуляций». (МакАфи настаивал на точности своих воспоминаний: «Это не манипуляция; это простая правда».)
Статья по теме
На этом цветном изображении, полученном с помощью электронного микроскопа и предоставленном Национальным институтом аллергии и инфекционных заболеваний в 2024 году, показаны частицы вируса птичьего гриппа А (птичий грипп) красного/желтого цвета, выращенные в культивируемых клетках. (CDC, NIAID через AP) CDC/NIAID/AP
5 минут чтения
По данным федеральных регулирующих органов, во время первой вспышки, связанной с фермой McAfee, шесть человек заразились кишечной палочкой; средний возраст заболевших составлял 8 лет. Хотя конкретный штамм кишечной палочки, вызвавший вспышку, в продуктах обнаружен не был, в некоторых образцах, взятых следователями, было выявлено высокое содержание бактерий, что указывает на загрязнение.
Крис получил необратимые повреждения почек. Сейчас ему 27 лет, он не может употреблять алкоголь и проведет остаток жизни под наблюдением нефролога из-за повышенного риска развития хронической болезни почек.
Болезнь проявлялась и в других формах. «У меня случались внезапные воспоминания и панические атаки из-за чего угодно», — рассказывал он мне. Запах больничного мыла. Липкое ощущение пластырей или скотча на коже. Мать нашла ему психолога, специализирующегося на травмах, что, по его словам, «изменило жизнь», но он все еще держал в себе узел обиды. Не на родителей; он считает их такими же жертвами, как и он сам. «Просто огромная злость на Марка», — недавно сказал он мне. Когда позже он увидел молоко McAfee, продаваемое в Sprouts, «мне хотелось взять биту и разбить весь проход».
Мартин тоже не могла сдаться. Она наняла Билла Марлера, адвоката из Сиэтла, специализирующегося на судебных спорах, связанных с безопасностью пищевых продуктов. Вместе с семьей, с которой она познакомилась в больнице, она подала в суд на ферму МакАфи в 2008 году, и молочная ферма урегулировала дело за неразглашаемую сумму. «Они не смогли обнаружить патоген в нашем молоке», — сказала мне МакАфи. «Она утверждает, что он был в ее молоке во время беременности с ребенком, и именно это страховая компания взяла в качестве компенсации, а мы не собирались судиться».
Воодушевленная этим, Мартин, которая раньше работала школьным консультантом по профориентации, нашла свое второе призвание в качестве защитницы безопасности пищевых продуктов, выступая против законопроектов о доступе к сырому молоку по всей стране.
После урегулирования спора МакАфи написал Мартин письмо с извинениями, но также умолял ее забыть об этом.
«Мэри, пожалуйста, поймите, что так много детей прекрасно себя чувствуют и растут здоровыми, питаясь сырым молоком», — написал он. «Очень отдаленный теоретический риск заболевания, связанный с проверенным, продаваемым в розницу, одобренным сырым молоком, с лихвой компенсируется здоровьем и выздоровлением детей, которые пьют сырое молоко».
Мартин оценила записку, но признала, что даже в своих, казалось бы, искренних извинениях МакАфи не смог адаптировать свою систему убеждений к ее опыту. «Он действительно считал, что это случайность. Что это больше не повторится», — сказала она.
Тони Мартин (слева), Крис Мартин и Мэри Макгонигл-Мартин в своем доме в Мурриете, штат Калифорния, 26 марта. Сарабет Мэни для ProPublica. Глава 3: Патогены.
Стремясь и дальше демонстрировать мне серьезный подход своей фермы к борьбе с патогенами, МакАфи пригласил меня в свой грузовик, чтобы показать, как доят его коров. На ферме Raw Farm содержится около 1400 коров, каждая из которых дает до 8000 галлонов молока в день по цене 19 долларов. В воздухе витал запах сладкого молока, смешанный с землистым мускусным ароматом навоза.
«Посмотрим, какую музыку они сегодня утром играют в молочном сарае», — задумчиво произнес он.
«Вы включаете музыку во время дойки?» — спросил я.
«Мексиканская музыка, — сказал он, садясь за руль. — Она очень похожа на реакцию Павлова… Начинаешь замечать, как из их сосков начинает течь молоко».
В открытом с боков сарае рабочие поливали небольшое стадо коров из пожарного шланга, удаляя мух и частички навоза с их животов, которые затем осматривали, обрабатывали йодом и протирали полотенцем. Ритмичное жужжание доильных аппаратов смешивалось с гулким музыкальным ритмом, когда МакАфи шел вдоль рядов, указывая на их светло-розовые вымени. «Идеально чистые», — гордо сказал он.
Гигиена, судя по всему, везде была в приоритете: от толстых папок с планами по технике безопасности — «ни один из этих документов не пылится на полке», — сказал он мне, — до стерильных защитных костюмов, которые носят рабочие при упаковке молока.
МакАфи заявил, что вспышка заболевания в 2006 году открыла ему глаза на риски, связанные с его продукцией, и стала одной из причин, по которой он разработал стандарты для непастеризованных молочных продуктов.
Однако повышение осведомленности и улучшение методов работы не остановили продолжающиеся заболевания клиентов McAfee — в 2007, 2011, 2012 и 2016 годах — и ферме пришлось более полудюжины раз отзывать свою продукцию после обнаружения в ней патогенов.
А затем, в период с 2023 по 2024 год, регулирующие органы связали ферму с одной из крупнейших за последние десятилетия вспышек заболеваний, связанных с употреблением сырой молочной продукции, в результате которой более 170 человек заболели сальмонеллой. МакАфи оспаривал связь своей фермы со многими вспышками, включая эту.
«Я считаю это полным бредом», — сказал МакАфи, утверждая, что его ферма не несет ответственности за все случаи заболевания. «Их было 25, может быть, 30». Он также не согласился с тем, что большинство пациентов были детьми, как подробно описывалось в отчете Центров по контролю и профилактике заболеваний, опубликованном в прошлом году. «Я оспариваю эти данные на самом фундаментальном уровне».
31-летний Коннор Брондес, ведущий кочевой образ жизни, поет для группы коров во время ежегодного мероприятия «Кемпинг с коровами», которое проводится на ферме Raw Farm. Фото: Сарабет Мэни для ProPublica.
Это была типичная защита МакАфи. На протяжении всего нашего разговора он ни разу не потерял самообладание, даже когда речь зашла о вспышках заболеваний. Вместо этого он спокойно отверг методологию правительства, объяснив, что оно учитывает случаи «обычной диареи», которые, по его словам, «не имеют оснований для признания их болезнью», поскольку с ними можно справиться с помощью «хорошего питья, большого количества костного бульона, электролитов и тому подобного».
Он также использовал в качестве примера случаи, когда правительство не могло идентифицировать штамм возбудителя вспышки в его продукции, но находило его в образцах воды с фермы и коровьего навоза или связывало его с его фермой с помощью генетического секвенирования или интервью с пациентами — методов, на которые эпидемиологи обычно полагаются. МакАфи утверждал, что ничто из этого не является неопровержимым доказательством того, что его ферма непосредственно стала причиной вспышек. Напротив, такие эпизоды, казалось, лишь усиливали его ощущение, что он в одиночку взбирается на гору, борясь с учреждениями, которые и до рассмотрения его дела были предвзяты по отношению к сырому молоку.
Когда закончится обязательный карантин, он объявит о своей победе.
После того, как его молочный завод возобновил работу после вспышки заболевания, от которой в 2011 году пострадали пятеро детей, он в праздничном видеоролике рассказал, как сильно люди страдали без его продукции. МакАфи пожал руку молодому человеку в кепке, надетой набок. «Этот парень приехал из Аляски, чтобы купить сырое молоко!» — сказал МакАфи. Молодой человек описал своего рода абстиненцию: «Моя иммунная система дала сбой. Я потерял много мышечной массы». Когда седовласая женщина сказала, что везет четыре полугаллона молока своим внукам в Техас — «вот как я отчаянно хочу, чтобы они были здоровы» — МакАфи поцеловал ее в голову и назвал ее «борцом за свободу сырого молока».
По меньшей мере 233 человека заболели в результате восьми вспышек заболеваний, которые федеральные и государственные регулирующие органы связали с фермой McAfee с 2006 года, и по меньшей мере 40 из них были госпитализированы.
Эксперты и регулирующие органы сообщили мне, что эта цифра почти наверняка занижена. Многие выздоравливают дома после пищевых отравлений и не обращаются за тестированием.
Вспышки заболеваний вызвали очевидный вопрос: почему регулирующие органы не закрыли ферму? Американская система безопасности пищевых продуктов стремится сбалансировать общественное здоровье со свободой людей употреблять в пищу продукты, которые могут им навредить, такие как сырые устрицы и суши. Регулирующие органы ожидают, что некоторые люди неизбежно заболеют, поэтому они сосредоточены на том, чтобы потребители, по крайней мере, были осведомлены о риске.
Государственные регулирующие органы отвечают за надзор за продажей сырого молока на законных основаниях в пределах их границ. В Калифорнии они требуют ежемесячного отбора проб и анализа молока на наличие патогенов. По данным Департамента продовольствия и сельского хозяйства, компания Raw Farm находится в хорошем состоянии, постоянно соблюдая стандарты санитарии и здоровья коров. Однако представители этого ведомства и государственного департамента здравоохранения подчеркнули, что лучший способ предотвратить заболевания — это пить пастеризованное молоко. В противном случае, как они написали в электронном письме, «всегда будет существовать некоторый риск заражения».
Многие люди, которые начинают употреблять сырое молоко, не до конца понимают этот риск, — сказал мне Джон Люси. Профессор пищевых наук, директор Центра исследований молочных продуктов в Университете Висконсина в Мэдисоне, Люси вырос на ферме и изучает молочные продукты уже три десятилетия. «Коровы постоянно какают, — сказал он. — Фермы — это просто резервуар бактерий: в почве есть бактерии, на стенах есть бактерии, коровы являются носителями бактерий».
Одна из привлекательных сторон сырого молока — более глубокая связь с его источником; зная фермера лично, люди предполагают, что их еда будет более безопасной, говорит Люси. Но потребители сырого молока часто не осознают, что многие молочные фермеры ведут неустанную борьбу за производство чистого молока.
«Иногда проигрываешь из-за того, что корова сбила доильный аппарат. Просто так случается», — сказал он. «Фермеры делают все, что в их силах, и они очень трудолюбивые люди, но то, что Дейзи — хорошая корова, а фермер — хороший человек, не гарантирует, что все будет в порядке и что они смогут предотвратить подобные ситуации на 100%».
Статья по теме
На этой фотографии, сделанной в Великобритании, изображен непастеризованный сыр из овечьего молока из Франции. Фотограф: Джейсон Олден/Bloomberg/Getty Images
5 минут чтения
Только за последние два года в девяти штатах произошли вспышки заболеваний, которые регулирующие органы связали с употреблением сырого молока, не считая тех, что были связаны с фермой МакАфи. В штате Вашингтон около 10 человек заболели кишечной палочкой, вызванной употреблением сырого молока, а во Флориде, где сырое молоко можно продавать только в качестве корма для домашних животных, заболели около 20 человек. Среди них была беременная женщина, чей маленький ребенок был госпитализирован; она сказала, что подхватила бактериальную инфекцию и у нее случился выкидыш на 20-й неделе беременности. (Флоридская ферма заявила, что в ее продукции не было обнаружено патогенных микроорганизмов, и что она проинформировала покупателей о том, что ее сырое молоко не предназначено для употребления в пищу; молочный завод в Вашингтоне добровольно отозвал свой сыр.)
Буквально на прошлой неделе представители здравоохранения штата Айдахо объявили, что около 60 человек заболели после употребления сырого молока.
Обсуждение с компанией McAfee рисков, связанных с употреблением сырого молока, оказалось непростой задачей.
Пока мы ехали в его грузовике к следующей остановке тура, я затронул тему распространенности патогенов, а также характера вспышек заболеваний на его ферме. Он признал, что некоторый риск существует, но подчеркнул, что он «очень, очень, очень мал» и «фантастически» перевешивается лечебными свойствами сырого молока. А затем он настаивал на том, что нужно отделить пользу от риска, как будто это вообще возможно.
«Покажите мне критику сырого молока, если оно безопасно», — сказал он мне, одной рукой держась за руль, а другой подчеркивая свои мысли в воздухе. «Никакой».
«Ну, критики бы возразили, что риск существует…»
«Нет, если это безопасно», — перебил он меня. «Если это безопасно, как вы можете это критиковать?»
«Но они будут утверждать, что это небезопасно», — сказал я.
«Покажите мне, в чем заключается риск», — повторил он. «Я его еще не видел. Мы его обнаружили. Мы немедленно перенаправили поток».
Сотрудники фермы Raw Farm распыляют воду для очистки мест, где коровы подключены к доильным аппаратам. Сарабет Мэни для ProPublica. Глава 4: Искусство войны.
Мы видели почти каждый этап производства — от «травы до стекла», как выразился МакАфи, — когда он припарковал свой грузовик рядом с ангаром, где хранится его винтовой самолет Cessna 210 Centurion. Рядом, в нескольких шагах от его дома в стиле гасиенды, находится бунгало, которое он использует в качестве офиса.
Он показал мне свою копию средневекового меча, свою аппаратуру для подкастинга и одну из своих любимых книг — «Искусство войны» Сунь Цзы. Он сказал, что этот древний китайский военный трактат повлиял на его давнюю вражду с федеральным правительством.
Двадцать лет назад его использование лазейки в законодательстве о кормах для животных для переправки через границы штатов почти сразу же привлекло внимание общественности. В 2005 году тайный следователь из FDA позвонил на ферму, и ему сказали, что молоко безопасно для употребления в пищу. Два года спустя, согласно судебным документам, ферма разослала потребителям электронное письмо, в котором говорилось: «Сырое молоко можно отправлять через UPS во все штаты США» и «Скажите всем, кто страдает астмой, что сырое молоко их вылечит».
В 2008 году Министерство юстиции возбудило уголовное дело и подал гражданский иск. МакАфи урегулировал обвинения, пообещав, что ферма больше не будет продавать сырое молоко за пределы штата. Однако прокуроры хотели получить постановление суда, которое заставило бы МакАфи и ферму подчиниться, ссылаясь на их «откровенные попытки манипулировать законом».
Чтобы проиллюстрировать продолжающееся неповиновение МакАфи, правительство указало на заявления, которые он делал в интернете в том и следующем году. В одном из постов в блоге он написал: «Если нас когда-нибудь подвергнут рейду, это будет грандиозное представление… Вероятно, будут беспорядки». В другом он заявил, что не будет использовать оружие «до тех пор, пока не наступит критическая точка», и упомянул «еще один Вундед-Ни, Руби-Ридж или Уэйко». Прокуроры утверждали, что его поведение демонстрирует «очевидную опасность» того, что он снова нарушит закон.
В 2010 году судья вынес постоянный судебный запрет, требующий, среди прочего, чтобы ферма прекратила продажу сырого молока за пределы Калифорнии и удалила все заявления, пропагандирующие его пользу для здоровья. МакАфи сказал мне, что это распоряжение было посягательством на его право на свободу слова. «Я глубоко и страстно верю в правду, а они говорили мне, что я не могу говорить правду», — сказал он. «Мне пришлось пройти курс терапии из-за этого. Я не хотел совершить глупость».
Нарушение распоряжения могло привести к принудительным мерам, но в последующие годы чиновники сдерживали себя. (МакАфи настаивал, что им нечего было давать взамен.)
Согласно судебным документам, FDA и Министерство юстиции продолжали находить доказательства нарушений в 2016, 2019 и 2021 годах. Хотя федеральные прокуроры первоначально настаивали на суровых наказаниях, включая привлечение Raw Farm и McAfee к ответственности за неуважение к суду, в 2023 году они согласились на мировое соглашение, которое обязывало ферму пройти независимые проверки для обеспечения соблюдения ею закона.
Затем, в начале 2024 года, инспекторы FDA обнаружили, что ферма применяла «стандартную практику» производства сыра из молока, предположительно или заведомо содержащего патогенные микроорганизмы, согласно судебным документам; лабораторные записи показали, что сыр также давал положительные результаты даже после обязательного периода созревания.
В феврале того же года федеральные регулирующие органы публично связали сыр Raw Farm с продолжавшейся несколько месяцев вспышкой кишечной палочки. Заболели около десятка человек в пяти штатах.
Среди них был Пол Панелли, который отправился в свой продуктовый магазин в Ньюпорт-Бич, Калифорния, в поисках сыра Tillamook для приготовления тако. Обнаружив, что его нет в наличии, он взял чеддер от Raw Farm, привлеченный упаковкой, которая создавала впечатление органического и полностью натурального продукта. Он сказал мне, что не знал, что сыр изготавливается из непастеризованного молока.
Корова во время мероприятия «Кемпинг с коровами». Сарабет Мэни для ProPublica.
И Панелли, и его жена Джули отравились едой. У нее диагностировали инфекцию кишечной палочки, из-за которой ей потребовалось несколько операций на почках. «Она буквально боится есть», — сказал мне ее муж. Судебный процесс семьи против фермы Raw Farm продолжается; в судебных документах ферма отрицает свою ответственность за их болезни.
Согласно судебным документам, компания Raw Farm выступила против правительства, утверждая, что соблюдала федеральные правила, выдерживая свой сыр и проводя тестирование всего сыра перед продажей, поэтому на рынок не попадала зараженная продукция. Федеральный закон разрешает межштатную продажу непастеризованного сыра при условии, что он выдерживается не менее 60 дней, хотя это не полностью исключает риск и не учитывает использование фермой патогенного молока для его производства. По данным судебных документов, FDA потребовало от фермы уничтожить любой сыр, изготовленный из зараженного молока, утверждая, что она нарушает закон. Адвокат фермы заявил, что она соблюдает все требования, и настаивал на том, что «плохого сыра», который нужно выбрасывать, не существует.
Чтобы заставить ферму подчиниться распоряжениям правительства, ей требовалось решение судьи, но из-за задержек в работе Восточного округа Калифорнии, испытывающего нехватку ресурсов, дело было приостановлено до 2025 года. Приход к власти администрации Трампа в том году создал для McAfee политическую возможность.
К тому времени, как Кеннеди возглавил министерство здравоохранения, МакАфи уже установил тесные связи со своим ближайшим окружением. «Мы с ним давние друзья», — сказал мне МакАфи. Напарница Кеннеди по предвыборной кампании, Николь Шанахан, посетила Raw Farm во время его президентской кампании, создав несколько видеороликов с участием МакАфи. (Она не ответила на мои вопросы, отправленные по электронной почте.) МакАфи даже предлагал ему стать советником FDA. Эта должность так и не была предоставлена, но МакАфи всё равно извлёк выгоду из смены администрации.
В январе этого года правительство, не называя публично причин, прекратило попытки принять меры против фермы. Бывший федеральный служащий, знакомый с ходом иска, рассказал мне, что в новой администрации дела, касающиеся сырого молока, были отложены в сторону из-за позиции Кеннеди по этому вопросу.
Натали Балдассаре, пресс-секретарь Министерства юстиции, не ответила на мои вопросы по поводу решения, но в электронном письме заявила, что администрация «всегда будет обеспокоена рисками для общественного здоровья и продолжит принимать соответствующие меры для защиты американских потребителей». Министерство здравоохранения и Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов не ответили на мои попытки получить комментарии. Кеннеди через свое ведомство также не ответил на мои вопросы.
МакАфи назвал вывод войск «большой победой». Ссылаясь на учение Сунь Цзы, он сказал мне, что научился не участвовать в «их войне», а в своей собственной.
«Выиграешь войну, от тебя не ждут боя», — сказал он. Пока чиновники собирали доказательства, он сосредоточился на «просвещении» потребителей. Раньше он доносил свое послание до десятков людей одновременно. Теперь же интернет-инфлюенсеры распространяют его среди миллионов аудиторий. «У них есть оружие и деньги, — сказал он о правительстве. — А у меня есть правда и матери».
Его работа вскоре может принести свои плоды. Через месяц после того, как я пожал руку МакАфи и покинул его ферму, конгрессмен Томас Масси (республиканец от Кентукки) и конгрессмен Челли Пингри (демократ от Мэна) вновь внесли на рассмотрение законопроект о межштатной свободе продажи молока, который запретил бы «федеральное вмешательство» в межштатную продажу сырых молочных продуктов в штатах, где продажа сырого молока уже разрешена.
Масси, который подавал сырое молоко на своей недавней свадьбе, владеет фермой с 50 коровами, а Пингри, бывшая молочная фермерша и единственный спонсор законопроекта от Демократической партии, выращивает собственную говядину на травяном откорме. «Закон о свободе межштатного потребления молока облегчит семьям покупку молока по своему выбору, — сказал Масси, объявляя о законопроекте, — отменив уголовную ответственность отдельных молочных фермеров».
На вопрос о том, беспокоит ли ее то, что законопроект может расширить доступ к продукту, представляющему опасность для людей, Пингри ответила, что законопроект не касается рекламы сырого молока или каких-либо заявлений о пользе для здоровья. «Я доверяю департаментам сельского хозяйства и здравоохранения штатов контролировать соблюдение закона, оценивать риски для здоровья и обеспечивать выполнение действующих правил для защиты потребителей», — говорится в ее заявлении, отправленном по электронной почте. Масси не ответил на мои вопросы.
МакАфи выходит из ангара, где хранится его самолет на ферме Роу Фарм. Сарабет Мэни для ProPublica. Глава 5: Преданные.
Это случилось через шесть недель после того, как я ушла из Raw Farm.
15 марта федеральные регулирующие органы публично связали этот сыр с очередной вспышкой кишечной палочки.
В трех штатах заразились девять человек; более половины из них были моложе 5 лет. По данным регулирующих органов, из трех человек, которых пришлось госпитализировать, у одного развилось то же тяжелое заболевание почек, с которым боролся сын Мартина два десятилетия назад.
Первоначально федеральные органы здравоохранения не призывали население избегать употребления этого сыра или выбрасывать его, как это делалось при предыдущих администрациях. Вместо этого в уведомлении CDC говорилось, что потребителям следует «подумать» о том, чтобы не есть его; FDA вообще не давало никаких рекомендаций по его употреблению. Позже три сотрудника федеральных органов здравоохранения сообщили мне, что назначенные по политическим соображениям лица смягчили первоначальную формулировку. (С тех пор рекомендации агентств были обновлены. Ни CDC, ни FDA не ответили на мои вопросы.)
Тот факт, что агентство находилось под руководством Кеннеди, не сделал компанию Raw Farm более сговорчивой, когда регулирующие органы потребовали отозвать ее продукцию. Компания отказалась. «Если бы когда-либо возникли сомнения в наличии патогенных микроорганизмов в нашей продукции, — позже сказал мне МакАфи, — я бы первым немедленно и добровольно отозвал ее».
Он сказал, что отправил Кеннеди сообщение с просьбой «отозвать собак», но не получил ответа.
Когда инспекторы FDA неожиданно появились на ферме, компания подчинилась расследованию. А когда агентство пригрозило принудительным отзывом продукции, компания неохотно выпустила свой собственный, спустя 18 дней после объявления о вспышке заболевания.
В своем сообщении от 2 апреля ферма добавила несколько необычных заявлений:
Данный добровольный отзыв продукции осуществляется под протестом.
Данный добровольный отзыв продукции осуществляется в качестве меры на будущее.
Спустя пять дней ферма отозвала эти заявления, но продолжала оспаривать причину вспышки и выводы агентства. По словам МакАфи, она провела тестирование своей продукции, не обнаружила патогенов и не виновата.
Однако в ходе расследования FDA также взяло пробы и провело анализ сыра компании. Хотя штамм, вызвавший недавнюю вспышку заболевания, обнаружен не был, в одном из образцов была выявлена кишечная палочка. В ходе проверки сотрудники агентства также обнаружили, что сыр, производимый на ферме, даже спустя 60 дней предположительно содержал патогенные микроорганизмы, что свидетельствует об ограничениях процесса созревания. Ферма уничтожила эти зараженные партии.
Я связался с МакАфи и спросил его, могут ли эти заболевания быть связаны с его практикой использования проблемного молока для производства сыра. Но теперь он рассказал другую историю.
«Раньше мы переориентировались на производство сыра, — сказал он мне. — Сейчас мы этого больше не делаем». Он не уточнил, когда именно ферма внесла эти изменения, назвав даты от двух лет назад до прошлого лета. «Прошло уже довольно много времени».
Я упомянула, что он делал подобные заявления в подкастах в прошлом году, а также мне всего несколько недель назад. Но он лишь подтвердил свои слова.
«Думаю, вы уловили несоответствие между тем, что я говорю на практике, — сказал он. — Если я это и сказал, то тогда считал это правдой, но я точно знаю, что сейчас мы не используем молоко сомнительного качества».
Практически тут же МакАфи отметил, что его ферма не нарушила бы никаких законов, если бы это произошло. «Это не противозаконно», — сказал он. «Вот почему FDA прекратило свою деятельность». (Калифорнийские регулирующие органы заявили мне, что такая практика «вызывает опасения». FDA отказалось отвечать на вопросы по этому поводу.)
Выступая 16 апреля перед подкомитетом Конгресса по поводу вспышки заболевания, Кеннеди отметил, что компании обычно сразу же выполняют требования по отзыву продукции. «Но здесь наблюдалась нерешительность», — сказал он. «Эта компания проявила непреклонность».
Член палаты представителей США Роза ДеЛауро (демократ от штата Коннектикут) спросила Кеннеди, не пора ли ему изменить свою риторику в свете этих новых, серьезных заболеваний: «Вы — министр здравоохранения и социальных служб. Разве у вас нет моральной ответственности или угрызений совести сказать: „Не пейте сырое молоко“?»
«В любом продукте могут содержаться загрязняющие вещества», — ответил Кеннеди. «Наша задача — информировать общественность и предоставлять людям возможность выбора».
30 апреля FDA закрыло расследование, не предприняв никаких мер принудительного характера. МакАфи сообщил мне, что его сыр из сырых ингредиентов снова появился в магазинах. Sprouts и HEB, две крупные розничные сети, которые продавали его сыр, не ответили на мои вопросы по электронной почте о вспышке заболевания.
«Мы совсем не расстроены», — сказал мне МакАфи по поводу всего произошедшего. «Наши продажи сейчас самые высокие за всю историю, а отзывы в интернете от инфлюенсеров таковы: если FDA что-то говорит, делайте наоборот. Это безопаснее. Они им совсем не доверяют».
Мэтт Джеймс, 34 года, из Джупитера, штат Флорида, посещает мероприятие «Кемпинг с коровами». Фото: Сарабет Мэни для ProPublica.
Хайме Эспиноза, 31 год (слева), Исаак, 2 года, и Линдси Эспиноза, 34 года, из Бейкерсфилда посещают лагерь «Camping with the Cows». Фото: Сарабет Мэни для ProPublica.
42-летняя Алисса Вольфер из Бейкерсфилда посетила мероприятие «Кемпинг с коровами». Фото: Сарабет Мэни для ProPublica.
58-летняя Мелани Коупленд из Хантингтон-Бич посетила мероприятие «Кемпинг с коровами». Фото: Сарабет Мэни для ProPublica.
В солнечные выходные в начале мая сотни людей собрались на ферме Raw Farm на ежегодное мероприятие «Кемпинг с коровами». Голубое небо простиралось до самого горизонта, и небольшой поселок палаток, автодомов и кемперов раскинулся по пышным полям люцерны. Инфлюенсеры в ковбойских шляпах пили молоко из пакетов. Мэтт Джеймс, главный герой 25-го сезона «Холостяка», прогуливался со своей матерью в футболке с надписью «Клуб сырого молока».
Многих участников не беспокоили недавние заболевания. Они говорили, что употребляют сырые молочные продукты, потому что хотят уменьшить воспаление, избежать добавок, предотвратить непереносимость лактозы, очистить кожу и привести гормональный баланс в норму. Им нужны были питательные вещества, которых нет в «переваренном» молоке. Они хотели пить его «натуральным способом».
Алисса Вольфер, 42-летняя мать двоих детей из Бейкерсфилда, считает сырое молоко символом «истинной американской свободы», по ее словам. «Я в значительной степени склоняюсь к стороне свободы людей выбирать, что они потребляют, и к уменьшению регулирования».
«Я на седьмом месяце беременности, и я пью сырое молоко, потому что так задумал Бог», — сказала 34-летняя Линдси Эспиноза, расположившись на тюке сена со своим мужем и маленьким сыном. «С сырым молоком связано много опасений, но для нас это разумно».
Некоторые, как, например, 58-летняя Мелани Коупленд из Хантингтон-Бич, усомнились в том, что вспышка заболевания вообще имела место. «Вероятность того, что это правда, ничтожно мала, — сказала она, — и людям нужно проводить собственные исследования».
МакАфи общался со своим стадом. Некоторые останавливали его, чтобы сфотографироваться, когда он, улыбаясь в камеру, показывал большой палец вверх.
Сарабет Мэни участвовала в подготовке материала.
Устойчивое развитие Продукты питания и здоровье Сельское хозяйство Посмотреть все темы Facebook Твитнуть Электронная почта Ссылка Темы Ссылка скопирована! Подписаться
